Воды Меривы. Тони Баллантайн

На сто­ле в ожи­дании, ког­да их на­денут, сто­яла па­ра ступ­ней. Се­рова­то-зе­леные ступ­ни, с пе­репон­ка­ми, как у ут­ки; они по­ходи­ли на лас­ты, толь­ко жи­вые. Очень, очень жи­вые.

– Мы ре­шили на­чать с ног, что­бы ты мог скры­вать это под обувью, по­ка не при­вык­нешь. Ве­ро­ят­но, луч­ше, что­бы ник­то не по­доз­ре­вал, кто ты та­кой, – сна­чала, ко­неч­но.

– Хо­рошая мысль, – ска­зал Бад­ди Джо, гля­дя че­рез го­лову тол­стяч­ка док­то­ра Флин­на на ступ­ни. Ступ­ни чу­жака, иноп­ла­нетя­нина. Их ок­ру­жал лег­кий ту­ман: это пот чу­жака вы­деля­ет­ся сквозь по­ры чу­жака.

Док­тор Флинн про­тянул ру­ку, ме­шая Бад­ди Джо до­тянуть­ся до ступ­ней, и отод­ви­нул их по­даль­ше.

– По­тише, Бад­ди Джо. Я дол­жен спро­сить для про­токо­ла. Ты уве­рен, что хо­чешь на­деть эти ступ­ни? Ты ведь зна­ешь, что, ког­да на­денешь, снять их бу­дет нель­зя.

– Да, я хо­чу их на­деть, – ска­зал Бад­ди Джо, гля­дя на но­ги.

– Ты ведь зна­ешь, что ког­да они при­со­еди­нят­ся, то ста­нут частью те­бя? И что, ес­ли твое те­ло их от­тор­гнет, оно от­тор­гнет собс­твен­ные но­ги? Или то­го ху­же: но­ги ос­та­нут­ся с то­бой, но пло­хо при­живут­ся, и ты бу­дешь ис­пы­тывать пос­то­ян­ную боль?

– Я это знаю.

– И все рав­но хо­чешь их на­деть?

– Ко­неч­но. По при­гово­ру ме­ня на­пич­ка­ли Сог­ла­си­ем, и у ме­ня нет вы­бора – толь­ко де­лать то, что вы ве­лите.

– Да, я знаю. Мне толь­ко нуж­но бы­ло, что­бы ты ска­зал это для про­токо­ла.

Док­тор Флинн отод­ви­нул­ся. Бад­ди Джо по­лучил воз­можность взять ступ­ни и от­нести к сту­лу. Он сел, ра­зул­ся и снял нос­ки.

Он слов­но су­нул но­ги в ре­зино­вые нос­ки с паль­ца­ми. Он по­вора­чивал ступ­ни, пе­ред­ви­гал их, нап­равлял, что­бы они за­няли нуж­ное мес­то. Чу­жим ступ­ням он был не ну­жен, они соп­ро­тив­ля­лись, пы­тались вып­лю­нуть его. Он чувс­тво­вал в глу­бине соз­на­ния неп­ре­рыв­ный вопль. Ру­ки у не­го го­рели, их жег ед­кий пот, вы­деля­ющий­ся из пор чу­жака. Его собс­твен­ные ступ­ни ам­пу­тиро­вали: их рас­тво­рило те­ло иноп­ла­нетя­нина, ко­торое Бад­ди Джо дол­жен был на­деть по при­казу док­то­ра Флин­на и его ко­ман ды. Бад­ди Джо чувс­тво­вал страш­ную боль, но ма­лень­кий крис­талл Сог­ла­сия, мед­ленно рас­тво­ря­ющий­ся в его кро­ви, зас­тавлял его неп­ре­рыв­но улы­бать­ся.

А по­том вне­зап­но ступ­ни вста­ли на мес­то и ста­ли его частью.

– Го­тово! – вос­клик­ну­ла жен­щи­на из ко­ман­ды док­то­ра Флин­на. Она под­ня­ла го­лову от кон­со­ли и кив­ну­ла сес­тре: – Мо­жете снять дат­чи­ки.

Сес­тра сня­ла с его ко­жи лип­кие по­лос­ки и бро­сила в ур­ну для от­хо­дов.

– От­личная по­пыт­ка. У нас по­лучи­лось, кол­ле­ги.

Док­тор Флинн по­жимал ру­ки сво­им сот­рудни­кам.

Лю­ди смот­ре­ли на кон­со­ли, на но­ги, друг на дру­га – смот­ре­ли ку­да угод­но, толь­ко не на Бад­ди Джо. Бад­ди Джо сто­ял, с улыб­кой гля­дя на свои нез­на­комые но­вые ступ­ни, и ис­пы­тывал стран­ные ощу­щения. Пол под ним ка­зал­ся иным. Слиш­ком су­хим и хруп­ким.

По­дошел док­тор Флинн с улыб­кой на круг­лом си­яющем ли­це.

– Лад­нень­ко, а те­перь по­ходи-ка по ком­на­те. Мо­жешь?

Он мог. Оку­нуть но­ги в во­ду и смот­реть, как пре­лом­ле­ние ме­ня­ет их фор­му. Вот что чувс­тво­вал Бад­ди Джо с но­выми ступ­ня­ми. Под уг­лом к ос­таль­но­му те­лу, но все же часть его. Все еще часть его.

Он шаг­нул впе­ред ле­вой но­гой, и ле­вая ступ­ня су­зилась, ког­да он отор­вал ее от по­ла. Опус­ка­ясь, она рас­тя­нулась во всем сво­ем пе­репон­ча­том ве­лико­лепии, рас­плю­щилась и ощу­тила тек­сту­ру плас­ти­ково­го по­ла. И от­ско­чила. Пол был слиш­ком су­хим, слиш­ком хруп­ким. Хо­рошая пор­ция кис­ло­ты рас­тво­рит его, прев­ра­тит в нич­то. Бад­ди Джо шаг­нул пра­вой но­гой и по­шел по по­лу.

– Ни­каких проб­лем при ходь­бе? – спро­сил док­тор Флинн.

– Нет, – от­ве­тил он, но док­тор Флинн го­ворил не с ним.

Пос­ледняя про­вер­ка на кон­со­лях. Один за дру­гим вра­чи, сес­тры и тех­ни­ки под­ни­мали вверх боль­шой па­лец.

– Хо­рошо, – ска­зал док­тор Флинн. – Спа­сибо, Бад­ди Джо. Те­перь мо­жешь обуть­ся. Обувь по-преж­не­му дол­жна быть те­бе впо­ру, и ес­ли про­ведешь мыс­ка­ми ног друг по дру­гу, смо­жешь скры­вать свое из­ме­нение. Уви­дим­ся че­рез не­делю в то же вре­мя.

– Эй, ми­нут­ку, – ска­зал Бад­ди Джо. – Вы не мо­жете отос­лать ме­ня, по­ка я под дей­стви­ем Сог­ла­сия.

Док­тор Флинн по­жал пле­чами.

– Но мы не мо­жем и дер­жать те­бя здесь. Мес­то в ла­бора­тории сто­ит де­нег. Че­рез пять ми­нут мы са­ми дол­жны уй­ти, что­бы ос­во­бодить по­меще­ние для груп­пы ис­то­рико­ас­тро­номов. До сви­дания.

Вот и все. Ему ос­та­валось толь­ко обуть­ся и вый­ти из ла­бора­тории на па­лубу пя­того эта­жа.

Бад­ди Джо про­шел к лиф­ту, ко­торый от­ве­зет его на Вто­рую па­лубу. Пя­тая па­луба в это вре­мя ве­чера пус­та. Ес­ли по­везет, он бла­гопо­луч­но до­берет­ся до до­ма и ник­то не пой­мет, что он под дей­стви­ем Сог­ла­сия.

Но­ги его бы­ли в ре­зино­вой обу­ви и в нос­ках, и тре­бова­лось все его са­мо­об­ла­дание, что­бы не вы­делить кис­ло­ту, ко­торая все это рас­тво­рит и ос­во­бодит ступ­ни. Не сда­вай­ся, Бад­ди Джо! Ме­тал­ли­чес­кая ре­шет­ка па­лубы ста­нет для тво­их ног страш­ным ис­пы­тани­ем.

Ла­бора­тория бы­ла да­леко от Стол­бо­вых Ба­шен. Сквозь ре­шет­ку па­лубы он уже мог смот­реть на вол­ны, об­ру­шива­ющи­еся на за­мусо­рен­ный бе­рег да­леко вни­зу. Гля­дя вверх, он ви­дел звез­ды, на­вис­шие очень низ­ко, пря­мо над кры­шами са­мых вы­соких зда­ний. Ему хо­телось не­надол­го ос­та­новить­ся и пос­мотреть: ред­кое удо­воль­ствие – лю­бовать­ся ос­татка­ми Все­лен­ной, но он не смел. Тем бо­лее под Сог­ла­си­ем.

Нем­но­гие оби­тате­ли Пя­той па­лубы, вы­шед­шие на­ружу, по обык­но­вению не об­ра­щали на не­го вни­мания. Уче­ные или юрис­ты – кто их раз­бе­рет? Все как один уку­таны от хо­лода, брю­ки зап­равле­ны в нос­ки, что­бы убе­речь­ся от по­рывов хо­лод­но­го вет­ра на па­лубе. Бад­ди Джо дер­жался в те­ни, сколь­зя меж­ду рас­порка­ми, ко­торые удер­жи­вали па­луб­ные пос­трой­ки. Под­хо­дя к Стол­бо­вым Баш­ням, он уви­дел жел­тый свет, за­лива­ющий по­лиро­ван­ные де­ревян­ные две­ри глав­но­го лиф­та, и рас­сла­бил­ся, но слиш­ком ра­но. Жен­щи­на, шед­шая за ним, ок­ликну­ла его из те­ни:

– Стой.

Он ос­та­новил­ся.

– Ты под Сог­ла­си­ем, вер­но?

– Да.

Бад­ди Джо чувс­тво­вал, как внут­ри на­рас­та­ет жа­лоб­ный плач. Сна­чала у не­го отоб­ра­ли но­ги, а те­перь от­бе­рут бу­маж­ник или что-ни­будь по­хуже.

– За что?

– Из­на­сило­вание, – ска­зал он. – Но…

– Я обой­дусь без под­робнос­тей.

Бад­ди Джо пос­лушно зак­рыл рот, внут­ри на­рас­та­ла па­ника. Обувь рас­тво­рялась.

– Нес­коль­ко ме­сяцев на­зад ка­кой-то уб­лю­док из­на­сило­вал мо­его пар­тне­ра. Пой­мал его в лиф­те, иду­щем со Вто­рой па­лубы. Ты со Вто­рой па­лубы?

– Да, но…

– Не­ин­те­рес­но. Что, ес­ли я при­кажу те­бе бро­сить­ся с края?

– По­жалуй­ста, не на­до.

– За­бав­но. Джон го­ворил то же са­мое. Уб­лю­док его не слу­шал.

Бад­ди Джо сжал ку­лаки. Его но­вые ступ­ни са­ми по се­бе сжи­мались и раз­жи­мались, пы­та­ясь от­пол­зти от жен­щи­ны. Лег­кий вдох. Вот и все. Это ко­нец. Она при­кажет ему спрыг­нуть с па­лубы, и у не­го не бу­дет дру­гого вы­хода, толь­ко пос­лу­шать­ся. Сей­час она ска­жет это. Сей­час ска­жет…

И ни­чего. Дол­гая па­уза.

Он по­вер­нулся: жен­щи­ны не бы­ло. Вмес­то нее был кош­мар. Бад­ди Джо из­дал вы­сокий писк. Пис­кля­вый крик, пол­ный ужа­са.

Он смот­рел на дру­гого чу­жака. Смот­рел на се­бя. У чу­жака бы­ли его но­ги. Его рост, точ­но так же про­тяну­тые ру­ки… Нет. Не смот­ри на эти ру­ки, Бад­ди Джо. Но са­мым жут­ким бы­ло не это.

У чу­жака не бы­ло го­ловы.

Го­ловы не бы­ло, но чу­жак смот­рел на не­го. Он пы­тал­ся что-то ска­зать, но Бад­ди Джо не был го­тов его по­нять.

– За­будь об этом, – про­гово­рил чу­жак. – По­ка за­будь.

Он под­нялся в воз­дух и ис­чез.

Две ми­нуты спус­тя Бад­ди Джо, дро­жа, во­шел в лифт.

Под дей­стви­ем Сог­ла­сия он за­был о чу­жаке.

Квар­ти­ра Бад­ди Джо рас­по­лага­лась в се­вер­ной час­ти квар­та­ла на Вто­рой па­лубе: в до­ме тех, кто дос­та­точ­но умен, что­бы ни­чему не ве­рить, но не­дос­та­точ­но умен, что­бы по­верить во что-то. Ок­на вы­ходи­ли на мрач­ную тень Треть­ей па­лубы. У не­го бы­ли кро­вать, кран по­дачи еды и ви­де­оэк­ран. Даль­ше по ко­ридо­ру ван­ная и ряд ту­алет­ных ка­бинок. Отец Бад­ди Джо жил в квар­ти­ре дву­мя эта­жами ни­же, две его сес­тры – в со­сед­ней квар­ти­ре, а дед – ря­дом с шах­той лиф­та. Ког­да лифт днем и боль­шую часть но­чи дви­гал­ся, в квар­ти­ре де­да каж­дый раз гро­мыха­ло и уха­ло. Но сей­час де­душ­ка умер, и в его квар­ти­ру въ­еха­ла но­вая семья. Дед наз­вал бы ее ин­дий­ской, но он в этом от­но­шении был ста­ромо­ден. Он был дос­та­точ­но стар, что­бы пом­нить, ког­да на Лу­не впер­вые зац­ве­ли цве­ты.

– Что ты зна­ешь, Бад­ди Джо? – спро­сила жен­щи­на с ви­де­оэк­ра­на.

– Ни­чего не знаю, – от­ве­тил Бад­ди Джо.

– Сле­ду­ющая до­за Сог­ла­сия в 40 П, сле­ду­ющая часть об­личья чу­жака в 60 П.

Бад­ди Джо по­вер­нулся на кро­вати. Он серь­ез­но по­думы­вал о том, что­бы бро­сить­ся с края па­лубы.

Эк­ран мор­гнул, и на нем по­яви­лась сес­тра Бад­ди. Она си­дела на кро­вати в се­рой ме­тал­ли­чес­кой ком­на­те, точ­но та­кой же, как его, все­го че­рез три две­ри от­сю­да.

– Зав­тра в 40 П, да, Бад­ди Джо?

– Вер­но.

– Но­вая часть об­личья в 60 П.

– Так мне ска­зали.

На эк­ра­не по­явил­ся отец. Ком­на­та та же, кро­вать та же, толь­ко че­ловек сме­нил­ся.

– Со­рок П, Бад­ди Джо.

– Да.

– И но­вая часть об­личья в шесть­де­сят.

– Так мне ска­зали.

– Твой дед ска­зал бы «в два ча­са», а не в шесть­де­сят П.

– Прав­да, па­па?

– Ты очень по­хож на де­душ­ку, Бад­ди Джо. Он то­же всег­да ду­мал о вся­ком раз­ном. Я го­ворил, что это не до­ведет вас обо­их до доб­ра. И был прав.

Бад­ди Джо пос­мотрел на свои не­обыч­ные се­ро-зе­леные ступ­ни. Он пос­та­вил меж­ду ни­ми плас­ти­ковый ме­шок и по­ложил ней­ло­новую прос­ты­ню. Ступ­ням ощу­щение не пон­ра­вилось. Бад­ди Джо пос­мотрел на свои ху­дые блед­ные но­ги.

– Я к ним при­вык, но зав­тра их не ста­нет.

Это Джей­мс из квар­ти­ры вни­зу, его боль­ше­ротое ли­цо улы­ба­ет­ся с эк­ра­на. Го­воря, он на­пол­ня­ет чаш­ку едой из кра­на. Бад­ди Джо чувс­тву­ет, что го­лоден. Он отыс­ки­ва­ет у кро­вати свою чаш­ку для еды. Эк­ран ми­га­ет, и на нем по­яв­ля­ют­ся мис­тер и мис­сис Сингх, за­нима­ющи­еся сек­сом. Уже боль­ше се­миде­сяти П. По­ра пе­реку­сить.

Он нак­ло­ня­ет­ся на кро­вати и тя­нет­ся к кра­ну, его ступ­ни под­ни­ма­ют­ся, вы­леза­ют из ней­ло­новой прос­ты­ни. Те­перь на эк­ра­не Мар­ти с Пер­вой па­лубы. Мар­ти чер­тит в воз­ду­хе свя­щен­ный сим­вол и го­ворит:

– Не на­до бы­ло на­сило­вать ту де­вуш­ку, па­рень. Зав­тра ты по­теря­ешь го­раз­до боль­ше, чем но­ги.

Бад­ди Джо снит­ся, что он идет с де­дом по лу­гу на Лу­не. На крас­ные и жел­тые го­лов­ки цве­тов са­дят­ся ба­боч­ки и пь­ют нек­тар; цве­ты всю­ду, ку­да ни глянь. Бад­ди Джо нак­ло­ня­ет­ся и ню­ха­ет цве­ток.

Нет! Грязь. Нет! Это Грязь, Бад­ди Джо!

Он про­сыпа­ет­ся се­рым ут­ром, пол­ный от­вра­щения к се­бе. На­до сле­дить за со­бой. Гряз­ные мыс­ли за­рож­да­ют­ся во сне и рас­цве­та­ют дей­стви­ями во вре­мя бодрство­вания. Он это зна­ет. Ду­май о па­лубах, го­ворит он се­бе, ду­май о па­лубах.

На не­го с эк­ра­на смот­рит сес­тра.

– Трид­цать пять П, Бад­ди Джо. Ско­ро те­бе бу­дут да­вать Сог­ла­сие.

– Вер­но, – го­ворит он, про­тирая гла­за. Ощупью на­ходит чаш­ку и под­став­ля­ет под кран.

– Как ты ду­ма­ешь, что бу­дет на этот раз? Но­вые но­ги? Но­вые ру­ки?

– Не знаю.

На эк­ра­не по­яв­ля­ет­ся отец.

– Трид­цать пять П, Бад­ди Джо. Ско­ро те­бе да­дут Сог­ла­сие.

– Вер­но.

Он не хо­чет го­ворить об этом. Не хо­чет те­рять но­ги. Его прев­ра­ща­ют в чу­жака про­тив его во­ли. Что про­изой­дет, ког­да он сме­нит го­лову? Что бу­дет с ним тог­да? Ку­да де­нет­ся Бад­ди Джо? Но он это зас­лу­жил. Толь­ко пос­мотреть на его сны!

– Не нуж­но бы­ло на­сило­вать ту де­вуш­ку, Бад­ди Джо, – го­ворит его отец.

Раз­ве он не го­ворит это каж­дый день?

На эк­ра­не по­яв­ля­ет­ся Мар­тин. По­том Кэ­ти, по­том Кло­вис, по­том Чарльз.

Он все еще ле­жит в пос­те­ли, ког­да с по­тол­ка, жуж­жа, спус­ка­ет­ся бес­пи­лот­ник. Уз­кий, по­хожий на осу ци­линдр мень­ше боль­шо­го паль­ца про­летел ми­мо рас­тя­жек и опор, че­рез па­лубы и Стол­бо­вые Баш­ни. Про­нес­шись че­рез тун­не­ли в опор­ных бал­ках, оги­бая бал­ко­ны и тро­ту­ары, он до­летел до этой квар­ти­ры. Пос­лал сиг­нал, от­кры­ва­ющий дверь. Бад­ди Джо ви­дел, как он по­явил­ся в кон­це ко­ридо­ра и приб­ли­жал­ся, уве­личи­ва­ясь в раз­ме­рах. Он сел на ру­ку Бад­ди Джо, пос­ле­довал лег­кий укол, и крис­талл Сог­ла­сия сколь­знул под ко­жу. Ру­ка слег­ка за­ныла, Бад­ди Джо по­чувс­тво­вал что-то, и все вер­ну­лось. Он смот­рел на ма­лень­кое ме­тал­ли­чес­кое те­ло, чувс­тво­вал при­кос­но­вение кро­шеч­ных ме­тал­ли­чес­ких но­жек к ко­же. Дрон ска­зал:

– Шесть­де­сят П, Бад­ди Джо. На­зад в ла­бора­торию. По­лучи там но­вые но­ги.

– Лад­но, – от­ве­тил Бад­ди Джо. Его но­вые ступ­ни за­топа­ли са­ми со­бой. Они взбу­дора­жены. Бад­ди Джо ска­тил­ся с кро­вати. Нуж­но пять П, что­бы Сог­ла­сие пол­ностью по­дей­ство­вало. К это­му вре­мени ему нуж­но быть в ла­бора­тории, что­бы им сно­ва кто-ни­будь не вос­поль­зо­вал­ся.

Дер­жись. Сно­ва? Что зна­чит сно­ва? Он что-то за­был? Бад­ди Джо в по­ис­ках мыс­ли по­вер­тел го­ловой. Мысль ис­чезла.

Вый­дя из квар­ти­ры, он спус­ка­ет­ся по сту­пеням Вто­рой па­лубы. Идет ми­мо скле­пан­ных ку­бов, со­еди­нен­ных один с дру­гим, что­бы вмес­тить жи­лые бло­ки. Ми­ну­ет тол­пу под­рос­тков, ко­торые, под­талки­вая друг дру­га, мо­чат­ся че­рез ме­тал­ли­чес­кую ре­шет­ку на цер­кви, и ме­чети, и си­наго­ги, и хра­мы на Пер­вой па­лубе. Од­на де­воч­ка со спу­щен­ны­ми тру­сами смот­рит на Бад­ди Джо, ви­дит след, ос­тавлен­ный на ру­ке дро­ном, и на ее ли­це пос­те­пен­но по­яв­ля­ет­ся по­нима­ние. Бад­ди Джо то­роп­ли­во ухо­дит, по­ка она ни­чего не ска­зала.

Бад­ди Джо ждал у вхо­да в лиф­ты Стол­бо­вых Ба­шен. Баш­ни ухо­дили в не­бо, за­ос­трен­ные гряз­ные ме­тал­ли­чес­кие конс­трук­ции, ис­че­за­ющие ввер­ху в те­ни Треть­ей па­лубы. Их пок­ры­вали ржа­во-крас­ные ца­рапи­ны. Дед ска­зал, это от­то­го, что они вы­рос­ли из зем­ли. И рас­сме­ял­ся. Уди­вил­ся, ска­зал он. Ты ду­мал, баш­ни пос­тро­или лю­ди. Так ду­ма­ет се­год­ня боль­шинс­тво. Ну так это неп­равда. Очень мно­го не­обыч­но­го про­изош­ло пос­ле то­го, как на Лу­не рас­цве­ли цве­ты.

Бад­ди Джо мол­чал. До сих пор он всег­да ду­мал, что па­лубы об­ра­зова­лись са­ми со­бой. Он ни­ког­да не счи­тал, что лю­ди мог­ли что-то пос­тро­ить. Гля­дя на проч­ные, зем­ля­ного цве­та Стол­бо­вые Баш­ни, как мож­но бы­ло не ве­рить, что они вы­рос­ли из зем­ли са­ми со­бой?

По­лиро­ван­ные де­ревян­ные две­ри лиф­та от­кры­лись, выш­ли три че­лове­ка. Бад­ди Джо во­шел в оби­тое нут­ро. И вздрог­нул. У не­го по час­тям от­ни­мали его че­ловеч­ность. Ид­ти не хо­телось, но он ус­лы­шал собс­твен­ный го­лос, про­сив­ший:

– Пя­тую па­лубу, по­жалуй­ста.

Кто-то на­жал кноп­ку. Лифт нем­но­го осел, и у всех учас­ти­лось сер­дце­би­ение. Все слы­шали ис­то­рию о том, что лю­дей, вы­шед­ших ког­да-то из зем­ли, ра­но или поз­дно за­берут об­ратно. Тог­да две­ри лиф­та зак­ро­ют­ся, и он уне­сет их навс­тре­чу соз­да­телю.

Но не се­год­ня. Лифт на­чинал под­ни­мать­ся.

Идя по Пя­той па­лубе, Бад­ди Джо ви­дит се­рое не­бо, на­виса­ющее над баш­ня­ми Седь­мой па­лубы. Здесь ве­тер силь­нее, он про­ника­ет сквозь тон­кую хлоп­ча­тобу­маж­ную ру­баш­ку и зас­тавля­ет его зяб­нуть. Ступ­ням нра­вит­ся ощу­щение: они дро­жат в пред­вку­шении.

Он при­шел слиш­ком ра­но. Груп­па ис­то­рико­ас­тро­номов про­еци­ру­ет изоб­ра­жения на сте­ны ку­пола ла­бора­тории. На кар­ти­нах изоб­ра­жен не­обыч­ный лан­дшафт. Тра­вянис­тые рав­ни­ны, го­ры с вер­ши­нами в сне­гу, по­ля жел­тых зла­ков, но у все­го не­вер­ные про­пор­ции: го­ры и до­лины боль­ше, чем на кар­ти­нах, ко­торые Бад­ди Джо по­казы­вали в детс­тве.

– Что это? – спра­шива­ет он у сто­яще­го ря­дом ас­тро­нома в бе­лом ха­лате. Ас­тро­ном с по­доз­ре­ни­ем смот­рит на не­го, и на его ли­це по­яв­ля­ет­ся по­нима­ние.

– А, джентль­мен, ко­торо­го го­товят к об­личью чу­жака, – го­ворит он. – Нап­расная тра­та вре­мени, ес­ли хо­тите знать мое мне­ние. Но вы, на­вер­но, не спро­сите.

Он по­вора­чива­ет­ся и ру­кой об­во­дит ком­на­ту.

– Это, друг мой, Марс. Марс, дол­жен до­бавить, меж­ду Сдви­гом и Кол­лапсом. Эти ви­ды сня­ты че­рез два ме­сяца пос­ле ос­но­вания ко­лонии.

– Очень… не­обыч­но.

– Толь­ко для ва­ших глаз, мой друг, по­тому что вы всег­да жи­ли в ми­ре пос­ле Кол­лапса. Для тех, кто жил до Сдви­га, этот мир был ра­ем. Он по­хож на ре­аль­ный мир.

– Ре­аль­ный мир?

– Ну, на один из них. Вот что мы все здесь ищем, мой друг. Вот по­чему пос­тро­или баш­ни на Седь­мой па­лубе; вот по­чему ва­ши друзья го­товят вам об­личье чу­жака. Все мы ищем ре­аль­ный мир.

Ас­тро­ном взды­ха­ет и ог­ля­дыва­ет­ся.

– Ко­неч­но, мои прап­рапра­щуры не уз­на­ли бы в этих кар­ти­нах ре­аль­ный мир.

– По­чему?

Но кто-то зо­вет ас­тро­нома.

– Про­шу про­щения. Мо­жет, в сле­ду­ющий раз я ус­пею рас­ска­зать боль­ше.

Он жмет Бад­ди Джо ру­ку и то­роп­ли­во ухо­дит. Он слег­ка по­хож на мис­те­ра Син­гха, жи­вуще­го ни­же по ко­ридо­ру – ко­торо­го его дед наз­вал бы ин­ду­сом.

Ис­то­рико­ас­тро­номы упа­ковы­ва­ют свое обо­рудо­вание. В ком­на­ту вхо­дит дру­гая груп­па уче­ных. Груп­па, за­нятая об­личь­ем чу­жака. Двое тол­ка­ют те­леж­ку, и Бад­ди Джо вдруг пу­га­ет­ся. На те­леж­ке ле­жат но­вые час­ти об­личья. Бад­ди Джо на­чина­ет му­тить. Он ожи­дал мень­ше­го. А здесь не па­ра брюк, не ру­баш­ка. По­хоже на ком­би­незон. Он прог­ло­тит Бад­ди Джо це­ликом, ос­та­вив толь­ко го­лову и ру­ки. А ког­да ис­чезнет и твоя го­лова, ку­да де­нешь­ся ты сам, Бад­ди Джо? (Го­лова. Го­лова. По­чему он ду­ма­ет о го­лове Чу­жака? Не ду­май о го­лове!)

Док­тор Флинн ви­дит, как он дро­жит на дру­гой сто­роне ком­на­ты.

– А, вот и ты. Ско­рей раз­де­вай­ся. У нас ма­ло вре­мени.

Бад­ди Джо на­чина­ет раз­де­вать­ся, но глу­боко внут­ри он во­пит от стра­ха. Не хо­чу! Что ж, не нуж­но бы­ло на­сило­вать ту де­вуш­ку, Бад­ди Джо, го­ворит Сог­ла­сие, по­ка ру­ки быс­тро рас­сте­гива­ют пу­гови­цы.

Кто-то при­жима­ет по­душеч­ки дат­чи­ков к его ли­цу. Бад­ди Джо сбра­сыва­ет обувь, и его ступ­ни раз­во­рачи­ва­ют­ся. Док­тор Флинн тер­пе­ливо сто­ит ря­дом, гля­дя на кар­ти­ну, слу­чай­но ос­тавлен­ную ис­то­рико­ас­тро­нома­ми.

– Глуп­цы, – го­ворит он, – жи­вущие в прош­лом. Мы ни­ког­да не пой­мем ис­ти­ну, да­же будь нам дос­тупны все воз­можнос­ти во Все­лен­ной. За­чем ис­кать от­ве­ты, гля­дя на ко­пии и пов­то­ры то­го, что бы­ло? Луч­ше от­ка­зать­ся от прош­ло­го. Ис­ти­на в чем-то ином.

Он вы­пус­ка­ет лист; тот сво­рачи­ва­ет­ся и па­да­ет на пол. Док­тор Флинн по­вора­чива­ет­ся и смот­рит на Бад­ди Джо – тот сто­ит пе­ред ним на­гой. Блед­ное бе­лое те­ло, пе­реви­тое си­ними ве­нами.

– Мне нуж­но в ту­алет.

– По­дож­ди, – го­ворит док­тор Флинн. – Это бу­дет ин­те­рес­ная про­вер­ка об­личья. – Он по­вора­чива­ет­ся к ос­таль­ной груп­пе. – Все го­товы?

Од­на жен­щи­на по­кача­ла го­ловой.

– Пять ми­нут. У нас не­кото­рые труд­ности с рас­ши­рени­ем шеи.

Док­тор Флинн ко­рот­ко кив­нул.

– Хо­рошо. Се­год­ня у нас есть не­боль­шой за­пас вре­мени.

Бад­ди Джо дро­жал. От­части от хо­лода, но глав­ным об­ра­зом от стра­ха. Се­ро-зе­леное те­ло чу­жака глад­кое и влаж­но блес­тит сна­ружи, но внут­ри, заг­ля­дывая в шею, Бад­ди Джо ви­дит не­обыч­ные пур­пурные внут­ренние час­ти. Ря­ды се­реб­ристо-се­рых крюч­ков, выс­ти­ла­ющих об­личье, ка­жут­ся на­поло­вину ме­тал­ли­чес­ки­ми, на­поло­вину ор­га­ничес­ки­ми. Как они по­ведут се­бя, ког­да он на­тянет об­личье? Глу­боко ли эти крюч­ки про­ник­нут в его те­ло? Но он уже зна­ет от­вет. Ему ска­зали. Нас­квозь, Бад­ди Джо, крюч­ки прой­дут нас­квозь. Они оп­ле­тут твои со­суды, и нер­вы, и ор­га­ны, про­ник­нут внутрь, соз­да­вая ос­но­ву для те­ла, ко­торое бу­дут вы­ращи­вать. Они вык­ра­сят ле­кало тво­его чер­но-бе­лого те­ла в яр­кие, соч­ные цве­та.

Док­тор Флинн на­чал на­певать про се­бя. Жел­тый свет от­ра­жал­ся в его оч­ках и лы­сине.

– По­чему? – ше­потом спро­сил Бад­ди Джо.

– Что по­чему? – пе­рес­про­сил док­тор Флинн.

– По­чему вы так со мной пос­ту­па­ете?

Док­тор Флинн по­жал пле­чами.

– Ве­ро­ят­но, прос­то уда­ча. Мы из­вести­ли суд, что нам по­надо­бит­ся по­допыт­ный. Твое де­ло, на­вер­ное, прос­то ста­ло пер­вым тяж­ким прес­тупле­ни­ем, ко­торое рас­смат­ри­валось в су­де.

– Нет, – ска­зал Бад­ди Джо, – я хо­чу спро­сить, за­чем вы де­ла­ете из ме­ня чу­жака?

Док­тор Флинн бро­сил на не­го стран­ный взгляд. Ка­залось, нес­мотря на его от­но­шение, воп­рос про­из­вел на не­го впе­чат­ле­ние.

– Ты ведь по­нима­ешь, что про­ис­хо­дит? Зна­ешь на­ши при­чины? Ин­теллект у те­бя в це­лом вы­ше сред­не­го. Что ж, я ска­жу.

– Го­товы, док­тор Флинн.

Жен­щи­на, сто­ящая у об­личья, под­ни­ма­ет боль­шой па­лец.

Док­тор Флинн ви­нова­то по­жал пле­чами.

– Прос­ти. Мо­жет, на сле­ду­ющей не­деле у нас бу­дет вре­мя по­гово­рить.

Он хлоп­нул в ла­доши.

– Так, на­род, на­чина­ем. Бад­ди Джо, по­дой­ди к об­личью.

Поделиться...
Share on VK
VK
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Print this page
Print