Без пяти минут миллионер. Пэлем Вудхаус

Сре­ди тол­пы, раз­гу­ливав­шей по Ан­глий­ско­му буль­ва­ру и ра­довав­шей­ся сол­нечно­му ут­ру, на­ходи­лись и боль­ные, при­ехав­шие в Ро­вилль для поп­равки здо­ровья, и здо­ровые, убе­жав­шие от пре­лес­тей се­вер­ной вес­ны. Боль­шинс­тво же при­было сю­да по­тому, что мес­течко на­ходи­лось вбли­зи Мон­те-Кар­ло, и жизнь здесь бы­ла срав­ни­тель­но де­шевая.

Джордж Аль­берт Баль­мер при­ехал в Ро­вилль по­тому, что три не­дели то­му на­зад Га­рольд Фло­уер наз­вал его брюк­вой.

Что тол­ка­ет лю­дей на опас­ные пред­при­ятия и под­ви­ги? По­чему че­ловек вдруг ре­ша­ет­ся пе­реп­лыть Ни­агар­ский во­допад в бо­чон­ке? Ко­неч­но же, вов­се не для поп­равки здо­ровья. В де­вяти слу­ча­ях из де­сяти че­ловек де­ла­ет это из тщес­ла­вия, что­бы до­казать ок­ру­жа­ющим, что он вов­се не та­кая рох­ля, как они ду­ма­ют.

То же слу­чилось и с Джор­джем Баль­ме­ром.

В Лон­до­не жи­вут ты­сячи рес­пекта­бель­ных, при­лич­но оде­тых, ме­хани­чес­ких, неп­ред­при­им­чи­вых мо­лодых лю­дей, слу­жащих на не­боль­шом жа­лованье в раз­личных бан­ках, тор­го­вых об­щес­твах, ма­гази­нах, скла­дах и кон­то­рах. Их ус­тро­или на ра­боту с юных лет, и они так и зас­ты­ли на сво­их стуль­ях. Они, как ра­куш­ки, прик­ре­пились к ска­ле каж­дый на сво­ем мес­те, на всю жизнь.

К этим ты­сячам при­над­ле­жал и Джордж Аль­берт Баль­мер. Он ни­чем ре­шитель­но не вы­делял­ся, был так же кор­рек­тно одет, ме­хани­чен и неп­ред­при­им­чив. Все его ин­те­ресы ог­ра­ничи­вались стра­ховым об­щес­твом «Пла­нета», и ему ни­ког­да не при­ходи­ло в го­лову, что мо­жет быть иная жизнь, кро­ме ежед­невно­го кор­пенья над кон­торкой в гру­дах цифр и по­лисов.

Ког­да Джор­джу ми­нуло двад­цать че­тыре, он вдруг по­лучил нас­ледс­тво в ты­сячу фун­тов стер­лингов. Од­на­ко это сов­сем не пов­ли­яло на его ха­рак­тер и об­раз жиз­ни. За­веду­ющий по-преж­не­му кри­чал ему:

— Эй, вы, как вас там, черт по­бери!

Джордж нис­коль­ко не оби­жал­ся и не ска­зал сво­ему ше­фу, что его об­ра­щение с ним неп­ри­лич­но.

Ве­ро­ят­но, в жиз­ни Джор­джа не слу­чилось бы ни­каких пе­ремен, ес­ли бы не Га­рольд Фло­уер, агент стра­ховой ком­па­нии «Пла­нета», бол­тли­вый че­лове­чек не­оп­ре­делен­но­го воз­раста, за­нимав­ший­ся в сво­бод­ное от за­нятий вре­мя вы­кола­чива­ни­ем де­нег из прос­та­ков.

Це­лый день Фло­уер, как тень, хо­дил за Джор­джем, по­том, от­ве­дя его в сто­рон­ку, пох­ло­пал по жи­воту и пот­ре­бовал ссу­ды в раз­ме­ре од­но­го со­вере­на. Он объ­яс­нил Джор­джу, что он то­же джентль­мен, что ра­бота стра­хово­го аген­та для не­го ху­же рабс­тва, что че­ловек, ко­торый под­держит его в гран­ди­оз­ном на­чина­нии, ста­нет ско­ро вла­дель­цем при­город­ных план­та­ций кры­жов­ни­ка.

На­до ска­зать, что мо­мент для зай­ма был выб­ран не­удач­но. Весь день к Джор­джу прис­та­вали с та­кими же прось­ба­ми, и к ве­черу он, на­конец по­терял тер­пе­ние.

Джор­джу сто­ило боль­ших тру­дов втол­ко­вать Фло­уеру, что он сов­сем не со­бира­ет­ся тро­гать сво­его не­боль­шо­го ка­питаль­ца. Фло­уер дол­го не мог по­нять, в чем де­ло, по­том воз­му­тил­ся:

— Итак, вы бо­итесь рас­хо­довать день­ги, не так ли? Джентль­мен под­хо­дит к вам и веж­ли­во про­сит вас одол­жить ему не­боль­шую сум­му, а вы от­ка­зыва­ете ему на­от­рез. Зна­ете ли вы, как я вас на­зываю с ва­шей ты­сячей фун­тов? Без пя­ти ми­нут мил­ли­онер, вот как! Ну и по­дави­тесь ва­шими ду­рац­ки­ми день­га­ми! Я знаю ва­шего бра­та! Ни­ког­да вы ни­чего пут­но­го не су­ме­ете из­влечь из сво­их де­нег. Вы вло­жите их в го­сударс­твен­ные бу­маги и бу­дете по­лучать про­цен­ты: по три пен­са в год. К че­му вам день­ги? Раз­ве вы уме­ете из­вле­кать из них поль­зу? Брюк­ва вы эта­кая!

До­воль­но труд­но сох­ра­нить свое дос­то­инс­тво, ког­да джентль­мен с крик­ли­вым го­лосом, бе­шены­ми гла­зами на­зыва­ет вас брюк­вой. Од­на­ко Джордж сдер­жался, хо­тя уо и за­дела за жи­вое ру­гань Фло­уера — он дей­стви­тель­но на­мере­вал­ся по­мес­тить свои день­ги в об­ли­гации го­сударс­твен­ных зай­мов, по со­вету дя­ди Ро­бер­та, у ко­торо­го жил на хле­бах.

Сло­ва Фло­уера за­дели Джор­джа и на­вели на раз­мышле­ния. Он не­воль­но крас­нел, встре­ча­ясь с вы­зыва­ющим взгля­дом во­дянис­тых глаз Фло­уера. По­том по­дош­ло вре­мя от­пуска, и Джордж ре­шил­ся.

— Мис­тер Фло­уер, — ок­ликнул он.

— Чем мо­гу слу­жить, ми­лорд?

— Зав­тра я у­ез­жаю в от­пуск. Мо­жет быть, вы бу­дете так лю­без­ны и пе­реш­ле­те мне кор­респон­денцию? Я вам про­телег­ра­фирую свой ад­рес; я еду в… — он зап­нулся, по­том до­бавил: — В Мон­те-Кар­ло.

— Ку­да? — не по­нял Фло­уер.

— В Мон­те-Кар­ло.

Фло­уер опе­шил, но при­шел в се­бя.

— Ерун­да, ни­куда вы не по­еде­те, — усом­нился он.

Пос­ле это­го за­меча­ния Джордж бес­по­ворот­но ре­шил ехать в Мон­те-Кар­ло.

Ко­неч­но, Джордж, про­гули­вав­ший­ся по Ан­глий­ско­му буль­ва­ру, от­ли­чал­ся и внеш­не и ду­хов­но от Джор­джа — клер­ка стра­хово­го об­щес­тва «Пла­нета». Сна­чала он оде­вал­ся в свой обыч­ный кос­тюм, в ко­тором бы­ло очень жар­ко. Ве­чером Джордж с удив­ле­ни­ем уви­дел в ка­зино че­лове­ка в жел­той блу­зе, ко­торый не прив­ле­кал ничь­его вни­мания. У Джор­джа от­кры­лись гла­за, и на сле­ду­ющее ут­ро он вып­лыл из оте­ля в бе­лом фла­неле­вом кос­тю­ме, ко­торый, на­вер­ное, выз­вал бы взрыв не­годо­вания и дя­ди Ро­бер­та, и те­ти Лу­изы, и ку­зин Пер­си, Евы и Дже­раль­ди­ны, и их ма­тери те­ти Лу­изы! За двад­цать фран­ков Джордж ку­пил на ули­це Лас­са­ля мяг­кую шля­пу.

Ко­неч­но, Ро­вилль — не Мон­те-Кар­ло, где он про­был ров­но столь­ко вре­мени, что­бы ус­петь на­писать и от­пра­вить от­крыт­ку Га­роль­ду Фло­уеру, но и Ро­вилль был для Джор­джа от­кро­вени­ем. Пер­вый раз в жиз­ни Джордж ви­дел юг во всем его ве­лико­лепии! Го­лубой шелк мо­ря, блес­тя­щая бе­лиз­на оте­лей, на­ряд­ная праз­днич­ная тол­па! Джордж рас­те­рял­ся. Ему ста­ло ка­зать­ся, что у дя­ди Ро­бер­та кру­гозор нес­коль­ко ог­ра­ничен.

Но­вые блес­тя­щие ко­рич­не­вые бо­тин­ки Джор­джа име­ли толь­ко один не­дос­та­ток — они силь­но жа­ли. По­это­му он ско­ро ус­тал и опус­тился на ска­мей­ку, где ле­жала за­бытая кем-то кни­га. Джордж взял ее и раз­вернул. На пер­вой стра­нице кра­сова­лась фа­милия вла­дели­цы: «Юлия У­эве­ней».

Джордж уже со­бирал­ся по­ложить кни­гу в кар­ман, как вдруг по­чувс­тво­вал чей-то взгляд.

— Бла­года­рю вас! А я уже ду­мала, что по­теря­ла кни­гу!

Де­вуш­ка взя­ла кни­гу из рук Джор­джа и улыб­ну­лась.

— Я ее по­теря­ла и ни­как не мог­ла при­пом­нить где. По­том я вспом­ни­ла, что си­дела здесь. Очень, очень вам бла­годар­на!

Она сно­ва улыб­ну­лась, по­вер­ну­лась и уда­лилась. Джордж си­дел са­мым глу­пым об­ра­зом, по­ка она стоя раз­го­вари­вала с ним. Он да­же не до­гадал­ся при­под­нять свою но­вень­кую мяг­кую шля­пу, как на­роч­но соз­данную для при­ветс­твий. Он толь­ко бес­смыс­ленно ух­мыль­нул­ся. Он не су­мел от­ве­тить ни од­но­го сло­ва в от­вет на ее бла­годар­ность!

Че­тыре глу­пей­ших про­маха в ми­нуту! Что она о нем по­дума­ла? Юж­ное сол­нце по­мер­кло для не­го. На­вер­но, его соч­ли за ужас­но­го не­вежу! (Мо­ре вдруг ста­ло неп­ри­ят­но­го мас­ля­нис­то-се­рого цве­та.) Джордж встал и по­шел к оте­лю в та­ком уг­не­тен­ном сос­то­янии ду­ха, что да­же за­был о сво­их но­вых ко­рич­не­вых бо­тин­ках. Он пос­та­ра­ет­ся встре­тить де­вуш­ку на буль­ва­ре, бу­дет лю­безен и оба­яте­лен, во­зоб­но­вит зна­комс­тво и до­кажет ей, что он вов­се не та­кой иди­от, как она ду­ма­ет! Во­об­ра­жение Джор­джа ра­зыг­ра­лось. Вот она раз­го­вори­лась, он де­ла­ет ей пред­ло­жение, она при­нима­ет его приз­на­ние, они же­нят­ся…

Преж­де все­го не­об­хо­димо ее ра­зыс­кать. Джордж ку­пил га­зету и пог­ру­зил­ся в изу­чение спис­ка при­ез­жа­ющих. Мисс У­эве­ней. Где она ос­та­нови­лась? Он быс­тро прос­мотрел стол­бец.

Воз­душные зам­ки его фан­та­зии сра­зу по­мер­кли, — он про­чел:

Отель «Cercle de la Mediterranee».

Лорд Фре­дерик Вес­тон.

Гра­фина Со­ут­бе­ри.

Ле­ди Юлия У­эве­ней.

Джордж вы­ронил га­зету и сно­ва по­чувс­тво­вал, как жмут но­вые бо­тин­ки.

 

В Ро­вил­ле есть ряд уве­сели­тель­ных за­веде­ний. Глав­ным сре­ди них яв­ля­ет­ся го­род­ское ка­зино «Casino Municiple», где за не­боль­шую пла­ту иг­ра­ют в ру­лет­ку. Иг­ра са­ма по се­бе очень ув­ле­катель­на. Му­ници­паль­ный чи­нов­ник рав­но­душ­но бро­са­ет ре­зино­вый ша­рик в ур­ну из по­лиро­ван­но­го ду­ба, на ко­торой име­ют­ся ям­ки с но­мера­ми от од­но­го до де­вяти. Ша­рик мчит­ся по кру­гу, как ко­мета, опус­ка­ет­ся все ни­же, ла­виру­ет меж­ду ям­ка­ми, вле­за­ет в ту, на ко­торую вы ста­вили, по­том пе­реп­ры­гива­ет в со­сед­нюю, — кон­че­но: вы про­иг­ра­ли!

Джордж, проч­тя ро­ковые сло­ва в га­зете, по­нял, что все про­пало. Ан­гли­чанин мо­жет пре­одо­леть все пре­пятс­твия, но не ти­тул! Джордж не соз­да­вал се­бе ни­каких ил­лю­зий. Свет­ские ле­ди не вы­ходят за­муж за клер­ков, да­же по­лучив­ших не­боль­шое нас­ледс­тво от умер­шей ку­зины со сто­роны ма­тери. Ко­нец всем его меч­там! Все в прош­лом, кро­ме бо­ли в сер­дце.

Джордж пос­та­вил один франк на но­мер седь­мой и про­иг­рал. Пос­та­вил дру­гой на шесть и сно­ва про­иг­рал. Бро­сил без­рассуд­но пять фран­ков и вы­иг­рал.

Джордж сдви­нул шля­пу на за­тылок и ре­шил иг­рать по круп­ной.

Ру­лет­ка — луч­шее средс­тво для одур­ма­нива­ния воз­бужден­но­го моз­га. Прош­ло нес­коль­ко ми­нут. Джордж по­чувс­тво­вал, как чья-то ру­ка нас­той­чи­во ты­чет его в реб­ра. Он сер­ди­то обер­нулся. За его спи­ной сто­яли два тол­стых фран­цу­за. Джордж стал по­дыс­ки­вать фран­цуз­ские сло­ва, что­бы вы­разить им свое не­годо­вание, но уви­дел, что на их ли­цах нет ни ма­лей­шей враж­дебнос­ти. Ру­ка при­над­ле­жала ко­му-то, скры­вав­ше­муся за их тол­сты­ми спи­нами, — это бы­ла жен­ская руч­ка, ма­лень­кая, за­тяну­тая в пер­чатку, с за­жатой в ла­дони пя­тиф­ранко­вой мо­нетой.

Фран­цу­зы за­шеве­лились, и в прос­ве­те меж­ду их спи­нами мель­кну­ло улы­ба­юще­еся ли­цо ле­ди Юлии У­эве­ней.

— На во­семь пос­тавь­те, по­жалуй­ста, — пос­лы­шал­ся ее го­лос. Фран­цу­зы опять сдви­нулись, и Джордж ос­тался с мо­нетой в ру­ке и с ура­ганом мыс­лей в моз­гу.

Ру­лет­ка тре­бу­ет вни­мания со сто­роны иг­ро­ков. Иг­рать, ду­мая о чем-ли­бо дру­гом, нель­зя. Джордж, не со­об­ра­жая, что он де­ла­ет, бро­сил мо­нету на дос­ку. Де­вуш­ка про­сила пос­та­вить на во­семь, и ему по­каза­лось, что он пос­та­вил на вось­мер­ку, но на са­мом де­ле он пос­та­вил на трой­ку.

Ша­рик ос­та­новил­ся, и кар­ка­ющий го­лос му­ници­паль­но­го ис­ту­кана про­воз­гла­сил, что вы­иг­рал но­мер вось­мой. Джордж ус­тре­мил на крупье взгляд, ис­полнен­ный ра­дос­ти и на­деж­ды.

— Мсье, — ска­зал он. — Я пос­та­вил пять фран­ков на во­семь.

Крупье при­под­нял кон­чик усов, но не ска­зал ни сло­ва.

Джордж про­тис­кался, рас­толкал двух воз­му­щен­ных тол­стя­ков и пох­ло­пал крупье по пле­чу.

— Слу­шай­те-ка, — ска­зал он. — Что это, шут­ки? Я пос­та­вил на во­семь, го­ворят вам. Я…

Джордж зап­нулся, по­дыс­ки­вая фран­цуз­ские сло­ва.

— Иг­ра про­дол­жа­ет­ся, — про­воз­гла­сил крупье, не об­ра­щая на не­го ни­како­го вни­мания.

Джордж в нор­маль­ном сос­то­янии, как и все ан­гли­чане, не поз­во­лил бы се­бе быть не­кор­рек­тным. Но ру­лет­ка опь­яни­ла его, а лю­бовь при­вела в не­ис­товс­тво. Будь здесь зат­ро­нуты толь­ко его ин­те­ресы, не­воз­му­тимость крупье ох­ла­дила бы его пыл. Но те­перь он бо­рол­ся за пра­ва единс­твен­ной для не­го де­вуш­ки в ми­ре. Она до­вери­лась ему. Мог ли он пре­дать ее? Нет, черт по­бери! Он до­кажет ей на что он спо­собен.

— Мсье, — крик­нул он сно­ва. — Как же мои день­ги?

Крупье, за­нятый де­лом, про­мол­чал, по­том крик­нул:

— C’est fini.

Джордж вздрог­нул. Ну, хо­рошо же, он им по­кажет! Сколь­ко Это сос­та­вит? Став­ка пять фран­ков, вы­иг­рыш в семь раз боль­ше, а по­том еще став­ка, ито­го со­рок фран­ков.

Джордж наг­нулся и взял у крупье два лу­идо­ра.

Он на­мере­вал­ся по­лучить свой вы­иг­рыш и с дос­то­инс­твом вый­ти из иг­ры, что­бы пе­редать день­ги сво­ей до­вери­тель­ни­це. Но выш­ло сов­сем не то, что он ожи­дал.

На мгно­вение во­цари­лось мол­ча­ние, а по­том вся за­ла за­пол­ни­лась свер­ка­ющи­ми гла­зами, во­пящи­ми глот­ка­ми и под­ня­тыми ку­лака­ми. Со всех кон­цов ка­зино, как пче­лы к улью, сле­тались лю­бите­ли скан­да­лов. От­ды­ха­ющие вста­ли с ди­ванов, ла­кеи бро­сили свои под­но­сы. По­жилые джентль­ме­ны вска­раб­ка­лись на стулья.

Джордж сра­зу же на­шел­ся. Он бро­сил­ся к две­рям и выс­ко­чил на ноч­ную пло­щадь, где си­яли да­лекие звез­ды и дул теп­лый бриз.

К не­му под­ле­тел рас­то­роп­ный га­зет­чик, пред­ла­гая па­риж­ское из­да­ние га­зеты «Daily Mail», но тот­час же, сшиб­ленный с ног, от­ле­тел в сто­рону и ут­кнул­ся но­сом в пыль.

Джордж в ужа­се обер­нулся на­зад. Вся пло­щадь зве­нела от кри­ков. Он не мог раз­ли­чить слов, но по то­ну до­гадал­ся об их смыс­ле. Не­из­вес­тно от­ту­да взяв­ший­ся че­лове­чек во фра­ке бро­сил­ся навс­тре­чу Джор­джу, рас­то­пырив ру­ки. Джордж сде­лал кру­той по­ворот нап­ра­во, под­ста­вил нож­ку че­лове­ку во фра­ке и ки­нул­ся вле­во в тем­но­ту. Сза­ди пос­лы­шал­ся то­пот и кри­ки прес­ле­дова­телей.

У прес­ле­ду­емо­го од­но пре­иму­щес­тво: он мо­жет сво­бод­но ма­нев­ри­ровать, тог­да как прес­ле­дова­тели ме­ша­ют друг дру­гу. Воз­можно, что в чис­ле прес­ле­дова­телей бы­ли бе­гуны по­луч­ше Джор­джа, но бы­ли и по­хуже, ко­торые толь­ко ме­шали луч­шим. Че­рез пол­ми­нуты Джордж ос­та­вил их всех да­леко по­зади.

За­вер­нув за угол и вы­летев на глав­ную ули­цу, Джордж уви­дел лю­дей и, ты­ча ру­кой в прос­транс­тво, зак­ри­чал:

— La! La! Vite! Vite!

За­пас фран­цуз­ских слов у Джор­джа был не­велик, но для та­кого слу­чая впол­не дос­та­точен. На­до знать тем­пе­рамент фран­цу­зов. Ког­да фран­цуз ви­дит че­лове­ка, бе­гуще­го с про­тяну­той ру­кой и с кри­ками: «La! La! Vite! Vite!», он не ос­та­нав­ли­ва­ет его, как ан­гли­чанин, что­бы уз­нать, в чем де­ло, а бе­жит вслед за ним. Джордж очу­тил­ся в ро­ли приз­нанно­го ли­дера в цен­тре груп­пы из шес­ти быс­тро­ногих юно­шей; ско­ро чис­ло их уве­личи­лось до один­надца­ти.

Че­рез пять ми­нут, си­дя в де­шевом ка­бач­ке в га­вани, Джордж уже рас­пи­вал ви­но и объ­яс­нял за­ин­те­ресо­ван­но­му ка­бат­чи­ку на ло­маном ан­гло-фран­цуз­ском жар­го­не с по­мощью вы­рази­тель­ных жес­тов, как он по­могал по­лиции ло­вить во­ра. Ка­бат­чик со­чувс­твен­но ка­чал го­ловой и же­лал уда­чи по­гоне.

 

На сле­ду­ющее ут­ро, пос­ле зав­тра­ка Джордж от­пра­вил­ся в отель «Cercle de la Mediterranee» пе­редать два лу­идо­ра их за­кон­ной вла­дели­це.

Ему со­об­щи­ли, что ле­ди Юлии нет до­ма, и веж­ли­вый портье по­сове­товал мсье ис­кать ее на Ан­глий­ском буль­ва­ре.

Она дей­стви­тель­но си­дела там на той же ска­мей­ке, где Джордж на­шел кни­гу.

— Доб­рое ут­ро, — ска­зал Джордж.

Она не за­мети­ла его приб­ли­жения и вздрог­ну­ла. В ее се­рых гла­зах мель­кну­ло удив­ле­ние.

Джордж про­тянул ей две мо­неты.

— К со­жале­нию, я не мог пе­редать вам их вче­ра.

Де­вуш­ка рас­те­рялась и взгля­нула на не­го. Джордж то­же рас­те­рял­ся.

— Я… я бе­жал толь­ко в ва­ших ин­те­ресах. Крупье не от­да­вал мне вы­иг­ры­ша, так что мне приш­лось взять его са­мому. Выш­ло ров­но два лу­идо­ра. Вы пос­та­вили пять фран­ков, а вы­иг­равший по­луча­ет в семь раз боль­ше; кро­ме то­го…

По­жилая да­ма, си­дев­шая ря­дом, выг­ля­нула из-под зон­ти­ка и прер­ва­ла его объ­яс­не­ния:

— Кто этот мо­лодой че­ловек?

Джордж удив­ленно пос­мотрел на нее; он и не по­доз­ре­вал о ее при­сутс­твии. Он ре­шил, что это мать или тет­ка. Ко­неч­но, она удив­ле­на тем, что нез­на­комый мо­лодой че­ловек за­гова­рива­ет с ее до­черью или пле­мян­ни­цей. Джордж стал оп­равды­вать­ся.

— Я встре­тил ва­шу… мо­лодую ле­ди… в ка­зино вче­ра ве­чером.

Ли­цо ста­рухи мгно­вен­но ока­мене­ло.

— Так, зна­чит, вы прош­лую ночь иг­ра­ли в ка­зино? — с не­годо­вани­ем про­из­несла она и под­ня­лась со ска­мей­ки. — Я воз­вра­ща­юсь в отель. Ког­да вы ус­тро­ите свои фи­нан­со­вые де­ла с ва­шим… дру­гом, я хо­тела бы пе­рего­ворить с ва­ми.

Джордж мол­ча смот­рел ей вслед.

Де­вуш­ка за­гово­рила стран­ным, пре­рыва­ющим­ся го­лосом, точ­но об­ра­ща­ясь к са­мой се­бе.

— Все рав­но… Это к луч­ше­му.

— Бо­юсь, что ва­ша ма­туш­ка рас­серди­лась на вас, ле­ди Юлия, — ска­зал Джордж.

Де­вуш­ка удив­ленно пос­мотре­ла на Джор­джа и рас­хо­хота­лась. Ру­мянец за­лил ее ще­ки.

— Я не по­нимаю, за­чем я это сде­лала! — рез­ко ска­зала она. — Я очень жа­лею об этом. В ва­ших сло­вах не бы­ло ни­чего смеш­но­го. Но я не ле­ди Юлия и у ме­ня нет ма­тери. Ле­ди Юлия сей­час уш­ла, я… я толь­ко ее ком­пань­он­ка.

— Ком­пань­он­ка?

— Пра­виль­нее ска­зать, быв­шая ком­пань­он­ка. Она мне зап­ре­тила да­же под­хо­дить к ка­зино, а я пош­ла…

— Зна­чит, из-за ме­ня вы по­теря­ли мес­то! Ес­ли бы не я, она ни­чего не уз­на­ла бы…

— Вы ока­зали мне боль­шую ус­лу­гу, — от­ве­тила де­вуш­ка. — Брат дав­но уже зо­вет ме­ня к се­бе в Ка­наду. А я не име­ла си­лы во­ли, что­бы пор­вать с нею. Я зна­ла, что жизнь ухо­дит, глу­по ухо­дит, но я, как все жен­щи­ны…

— Что же вы со­бира­етесь де­лать?

— Вы по­мог­ли мне выб­рать­ся из скле­па. Я у­еду к Бо­бу в Ка­наду с пер­вым па­рохо­дом.

Джордж за­дум­чи­во иг­рал тростью.

— Там до­воль­но труд­но ус­тро­ить­ся, — про­из­нес он.

— Ну так что же? Жи­вут же там дру­гие.

— Вы раз­ре­шите мне сесть? — спро­сил Джордж. — Я хо­чу вам кое-что ска­зать, но не мо­гу ре­шить­ся.

Он сел и ус­тре­мил взгляд на бе­лую ях­ту, сни­мав­шу­юся с яко­ря.

— Зна­ете что? — ска­зал Джордж. — Вы­ходи­те за ме­ня за­муж.

Де­вуш­ка быс­тро по­вер­ну­лась и взгля­нула ему в гла­за.

— Я знаю, — про­дол­жа он, — мы встре­тились толь­ко вче­ра. Вы, мо­жет быть, ду­ма­ете, что я су­мас­шедший.

— Не ду­маю, — спо­кой­но от­ве­тила она. — Хо­тя вы до­воль­но эк­сцентрич­ны. Вы толь­ко жа­ле­ете ме­ня, как вче­ра в ка­зино.

Впер­вые он пря­мо взгля­нул ей в гла­за.

— Я не знаю, что вы обо мне ду­ма­ете, но я вам выс­ка­жу все! Я — клерк стра­ховой ком­па­нии. Я по­лучаю сто фун­тов в год и де­сятид­невный от­пуск. Вы ме­ня при­нима­ли за мил­ли­оне­ра? Ес­ли хо­тите, я — без пя­ти ми­нут мил­ли­онер. Не­дав­но я по­лучил в нас­ледс­тво ты­сячу фун­тов. Вот по­чему я смог при­ехать сю­да. Те­перь вы зна­ете обо мне ре­шитель­но все. О вас я не знаю ни­чего, кро­ме то­го, что я люб­лю вас. Вы­ходи­те за ме­ня за­муж и едем­те вмес­те в Ка­наду. Вы ска­зали, что я по­мог вам выб­рать­ся из скле­па. Я то­же в скле­пе! По­моги­те мне…

Де­вуш­ка мол­ча­ла. Джордж хо­тел заг­ля­нуть ей в гла­за, но тень от паль­мы скры­вала ее ли­цо.

По­том он по­чувс­тво­вал, что ее ма­лень­кая руч­ка кос­ну­лась его ру­ки. Он схва­тил­ся за нее, как уто­па­ющий за спа­сатель­ный круг.

Де­вуш­ка вста­ла, трях­ну­ла го­ловой и ве­село ска­зала:

— Пой­ду выс­лу­шивать пос­ледние но­тации ста­рухи.

Джордж по­цело­вал ей ру­ку.

— Да, кста­ти, — спро­сил он, — как ва­ше имя?

Поделиться...
Share on VK
VK
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Print this page
Print